Художник

Мои работы исследуют феномен послеобраза — не столько как физиологическое явление, сколько как метафору современного восприятия. В мире клипового мышления, где образы потребляются мгновенно, сознание вынуждено синтезировать реальность из наслоившихся впечатлений. 

 

Я превращаю этот процесс в визуальную поэтику: предметы, события и эмоции раскладываются на последовательные образы, которые не дробят реальность, а раскрывают её многомерность. Как поток сознания в «Улиссе» Джойса, мои картины предлагают не статичное изображение, а «опыт видения» — одновременно мгновенный и протяжённый.

 

Об авторской технике

Моя живопись существует между физиологией зрения и поэтикой памяти. Слои в работах — как воспоминания: то яркие и насыщенные, то едва уловимые. Мозг не фиксирует реальность с кинематографической точностью — он наслаивает, стирает и искажает впечатления. Так и зритель не может разделить мои картины на отдельные пласты: одни элементы исчезают, другие неожиданно проявляются. На стыке этих слоёв рождается новый смысл, уникальный для каждого зрителя.

 

Мои послеобразы — визуальный эквивалент «непроизвольной памяти» Пруста. Они возникают помимо воли, превращая зрителя в соавтора произведения. Техника требует терпения: каждый слой должен просохнуть, прежде чем нанести следующий. Эта медленная аккумуляция времени делает каждую работу уникальной и невозможной для точного повторения — как невозможно воспроизвести в точности воспоминание.